Я русский

что значит быть русским человеком

Патриарх рода. Книга об отцовстве

Предельное предназначение отца – удержание целости рода, семьи, причем всей, так сказать, расширенной семьи. Однако целостность рода важна не сама по себе. Патриарх рода передает и контролирует духовные ценности и жизненно важные смыслы. В этом проявляется его духовное лидерство и главенство. Это предназначение реализуется патриархом не с опорой на естественную старческую мудрость и почтение к возрасту, а особыми духовными трудами. Первая задача – сохранить и пронести через всю жизнь, через все испытания ценности, полученные от своего отца и своих предков. Выполнить ее бывает очень сложно. Как часто, чтобы сохранить ценности рода, иконы, книги, фотографии, вещи – люди жертвовали самым ценным, здоровьем и даже жизнью.

Одна прихожанка в 1930-е годы, боясь, что в ее отсутствие свекор избавится от иконы и Евангелия, которые ей оставила бабушка, носила на животе эти священные предметы, рискуя, что на проходной завода их отнимут или арестуют ее за «агитацию» по 58-й статье. Я видел это потертое и зачитанное, но намоленное Евангелие, и ощутил всю ценность этого семейного священного предания.

Другой пример рассказала наша студентка. Ее бабушка происходила из аристократического рода. Когда в 1920-е годы начались аресты и расстрелы, она поняла, что ей грозит опасность, а на руках у нее две дочери. Тогда женщина сожгла все книги и архивы, раздала иконы и ценные вещи, оставив только самое необходимое имущество, не больше чем у рядовых обывателей. Она не пощадила ничего и, быть может, поэтому сохранила семью и свою жизнь. Эта бабушка оставила только одно – память и традицию, которую передала дочерям и внукам.

Ещё один пример. Умирал в больнице один старичок. Не часто посещали его внуки. Однажды, когда младший из двух внуков с женой приехал его проведать, старичок снял с шеи образок, дешевый и потертый, и повесил внуку на шею. «Я его от матери получил, когда на фронт уходил; один раз при артобстреле на дне траншеи потерял, так чуть под расстрел не попал – пока не нашел, не вылез наружу, а командир в трусости обвинил. Ничего, обошлось». Мне довелось быть свидетелем этой священной сцены в больнице. Так хранятся и передаются семейные ценности.

Однако мало сохранить, нужно ещё и передать их потомкам, то есть детям, внукам, правнукам. Для этого важен авторитет и духовная сила. Патриарх рода – тот, кто имеет в семье несомненный духовный вес. Духовная атмосфера семьи складывается по-разному, но если старший ее член сам ведет духовную жизнь, если для него эти ценности имеют высшее значение, тогда его будут слушать и примут от него то, что он хочет передать. Таким образом, родовое патриаршество – это духовный путь, духовный подвиг. Здесь нет формального статуса, возрастного положения, а есть только духовная правда.

Передача ценностей, духовных, религиозных, нравственных, не всегда выглядит так, как в Библии, но библейские примеры архитипичны, они учительны для нас, назидательны. Вот, например, история Иакова (Израиля): И призвал Иаков сыновей своих и сказал: соберитесь, и я возвещу вам, что будет с вами в грядущие дни; сойдитесь и послушайте, сыны Иакова, послушайте Израиля, отца вашего. (1–2)… Вот все двенадцать колен Израилевых; и вот что сказал им отец их; и благословил их, и дал им благословение, каждому свое. (28) (Быт., 49).

В классической русской литературе, особенно XIX века, трудно найти даже намек на патриархальность. Скорее наоборот, легче обнаружить свидетельства «войны» отцов и детей. Тем не менее, чтобы хоть как-то проиллюстрировать тему патриаршего благословения, приведу пример из «Войны и мира» графа Льва Толстого. Перед Аустерлицким сражением князь Андрей Болконский получает отцовское благословение. Князь Николай прощается с уезжающим сыном:

Андрей молчал: ему и приятно и неприятно было, что отец понял его.

Старик встал и подал письмо сыну.

– Слушай, – сказал он, – о жене не заботься: что возможно сделать, то будет сделано. Теперь слушай: письмо Михайлу Иларионовичу отдай. Я пишу,

чтоб он тебя в хорошие места употреблял и долго адъютантом не держал: скверная должность! Скажи ты ему, что я его помню и люблю. Да напиши, как он тебя примет. Коли хорош будет, служи. Николая Андреича Болконского сын из милости служить ни у кого не будет. Ну, теперь поди сюда.

Он говорил такою скороговоркой, что не доканчивал половины слов, но сын привык понимать его. Он подвел сына к бюро, откинул крышку, выдвинул ящик и вынул исписанную его крупным, длинным и сжатым почерком тетрадь.

– Должно быть, мне прежде тебя умереть. Знай, тут мои записки, их государю передать после моей смерти. Теперь здесь – вот ломбардный билет и письмо: это премия тому, кто напишет историю суворовских войн. Переслать в академию. Здесь мои ремарки, после меня читай для себя, найдешь пользу.

Андрей не сказал отцу, что, верно, он проживет еще долго. Он понимал, что этого говорить не нужно.

– Все исполню, батюшка, – сказал он.

– Ну, теперь прощай! – Он дал поцеловать сыну свою руку и обнял его. – Помни одно, князь Андрей: коли тебя убьют, мне, старику, больно будет… – Он неожиданно замолчал и вдруг крикливым голосом продолжал: – А коли узнаю, что ты повел себя не как сын Николая Болконского, мне будет… стыдно! – взвизгнул он.

– Этого вы могли бы не говорить мне, батюшка, – улыбаясь, сказал сын.

Старик замолчал…

Это не традиционное, библейское благословение, но основные его элементы мы видим: ценности чести, достоинства, служения, верности, долга, мужественности, ответственности. Несмотря на критическое отношение к отцу князя Андрея, он с благодарностью, любовью и почтением принимает наставление и благословение отца.

Еще менее традиционным выглядит «благословение» отца Андрея Штольца из романа «Обломов» Ивана Гончарова. Андрей, уезжая из семьи в Петербург, получает наставления отца:

В день отъезда Иван Богданович дал сыну сто рублей ассигнациями.

– Ты поедешь верхом до губернского города, – сказал он. – Там получи от Калинникова триста пятьдесят рублей, а лошадь оставь у него. Если ж его нет, продай лошадь; там скоро ярмарка: дадут четыреста рублей и не на охотника. До Москвы доехать тебе станет рублей сорок, оттуда в Петербург – семьдесят пять; останется довольно. Потом – как хочешь. Ты делал со мной дела, стало быть, знаешь, что у меня есть некоторый капитал;

но ты прежде смерти моей на него не рассчитывай, а я, вероятно, еще проживу лет двадцать, разве только камень упадет на голову. Лампада горит ярко, и масла в ней много. Образован ты хорошо: перед тобой все карьеры открыты; можешь служить, торговать, хоть сочинять, пожалуй, – не знаю, что ты изберешь, к чему чувствуешь больше охоты…

– Да я посмотрю, нельзя ли вдруг по всем, – сказал Андрей.

Отец захохотал изо всей мочи и начал трепать сына по плечу так, что и лошадь бы не выдержала. Андрей ничего.

– Ну, а если не станет уменья, не сумеешь сам отыскать вдруг свою дорогу, понадобится посоветоваться, спросить – зайди к Рейнгольду: он научит. О! – прибавил он, подняв пальцы вверх и тряся головой. Это… это (он хотел похвалить и не нашел слова)… Мы вместе из Саксонии пришли. У него четырехэтажный дом. Я тебе адрес скажу…

– Не надо, не говори, – возразил Андрей, – я пойду к нему, когда у меня будет четырехэтажный дом, а теперь обойдусь без него…

Отец передает сыну ценности своей немецкой семьи и народа: трудолюбие, амбиции, соперничество, мужество, скромность и бережливость, целеустремленность, терпеливость. Для России это непривычно, и автор романа посмеивается над немцем Штольцем, но отец и сын понимают и любят друг друга. В то же время, если отец не проявляет эмоций, то и сын сдерживает их. Так принято, так надо. Сын идет за отцом, и, как мы знаем, он выполнит свое обещание.

Увы, в отличие от средневековой, литература XIX века патриархальность почти не демонстрирует. Может быть, это обстоятельство и определило наступившее в XX веке уничтожение «отцов»: революцию, цареубийство, расстрелы, лагеря и тюрьмы. Все меньше и меньше становится в веке революционном патриаршества.

Совсем иное, внешне не патриархальное, диалогическое «благословение» дает сыну Иван Ильин. Это другой жанр, письменный, это благословение-размышление. И оно не имело бы той трагической и окрыляющей, духовно выверенной силы, если бы не впитало традицию отцов. Вот выдержки из него:

Итак, ты думаешь, что можно прожить без любви: сильною волею, благою целью, справедливостью и гневной борьбой с вредителями? Ты пишешь мне: «О любви лучше не говорить: ее нет в людях. К любви лучше и не призывать: кто пробудит ее в черствых сердцах?»…

Милый мой! Ты и прав, и не прав. Собери, пожалуйста, свое нетерпеливое терпение и вникни в мою мысль…

Нельзя человеку прожить без любви, потому что она сама в нем просыпается и им овладевает. Нельзя человеку прожить без любви и потому, что она есть главная выбирающая сила в жизни. Нельзя человеку прожить без любви и потому, что она есть главная творческая сила человека. Нельзя человеку прожить без любви потому, что самое главное и драгоценное в его жизни открывается именно сердцу. Нет, мой милый!

Нельзя нам без любви. Без нее мы обречены со всей нашей культурой. В ней наша надежда и наше спасение. И как нетерпеливо я буду ждать теперь твоего письма с подтверждением этого.

Главный смысл благословения отца – духовные ценности: любовь, вера, праведность, смысл жизни, добродетели, нравственные ориентиры. Чтобы передать их потомкам, нужна опытность, ясность ума, твердость в вере, любовь к детям и внукам.

Именно любовь патриарха рода к своим потомкам есть та сила, которая открывает сердца детей, их жен, их мужей, всех родственников и близких. Иногда патриарх рода становится патриархом поколения, народа, а иногда его завет становится основой жизни страны и мира, как это было с Израилем.

Для русских людей таким заветом стали «Слово о законе и благодати», «Духовное завещание Владимира Мономаха», «Бородино» Лермонтова.

В каждой семье есть человек, который мог бы «завещать» особый смысл жизни потомкам. Патриарх рода – это особая духовная роль, определенная мужчине природой человека и Божьим призванием. Исполнить её может каждый, хотя это и не просто.

Материал создан: 13.10.2015



.00 рублей
Русские — это народ
Русский народ сформировался на основе восточно-славянских, финно-угорских и балтийских племен.

Основные племена участвовавшие в формировании русского народа
восточные славяне:
вятичи
словене новгородские
словене ильменские
кривичи

финно-угры:
весь
— меря
— мещера
мордва

балты:
— голядь

p.s. речь идет о племенах в границах современной России
Фразеологический словарь русского языка
Интересные цитаты

Шестьсот сортов пива и советский государственный патернализм должны сосуществовать в одном флаконе. подробнее...

Идентичность великороссов была упразднена большевиками по политическим соображениям, а малороссы и белорусы были выведены в отдельные народы. подробнее...

Как можно быть одновременно и украинцем и русским, когда больше столетия декларировалось, что это разные народы. Лгали в прошлом или лгут в настоящем? подробнее...

Советский период обесценил русскость. Максимально её примитивизировав: чтобы стать русским «по-паспорту» достаточно было личного желания. Отныне соблюдения неких правил и критериев для «быть русским» не требовалось. подробнее...

В момент принятия Ислама у русского происходит отрыв ото всего русского, а другие русские, православные христиане и атеисты, становятся для него «неверными» и цивилизационными оппонентами. подробнее...

Чечня — это опора России, а не Урал и не Сибирь. Русские же просто немножко помогают чеченцам: патроны подносят, лопаты затачивают и раствор замешивают. подробнее...

Православный раздел сайта