Я русский

что значит быть русским человеком

Перераспределить гарантии

Гарантии бывают нескольких видов: социальные, экономические, культурные, политические и т. д. Нас в данном случае интересует экономический аспект. Хроническая незащищенность сама по себе не представляет ничего хорошего, и к тому же плохо сказывается на развитии способностей и личности в целом. Если бы все это понимали, тогда у нас была бы стратегия, направленная на обеспечение основной защиты. Прекариат волнуется именно потому, что страдает от системной незащищенности.

Человек может быть чересчур защищен или почти не защищен. Если он не чувствует себя в безопасности, в его действиях преобладает иррациональность, а если защищен чрезмерно – становится беззаботным и безответственным. Уделять слишком много внимания безопасности не прогрессивно, это мешает любым изменениям и оправдывает регрессивный контроль. Однако основные гарантии экономической безопасности помогают преодолеть экзистенциальную неуверенность (когда мы беспокоимся о своих близких, о собственной безопасности и здоровье и т. п.) и неуверенность в развитии (когда мы хотим развивать свои способности и жить в более комфортных условиях, но все это связано с рисками). А ощущение стабильности нужно для того, чтобы мы могли рационально мыслить, проявлять терпимость и сострадание. Основная безопасность должна быть гарантированной, это не то, что можно отнять по чьей‑то прихоти.

Утилитаристы и неолибералы не признают, что людям, для того чтобы они вели себя осознанно, в соответствии с усвоенными принципами, нужна универсальная экономическая безопасность. Для них неудачники в рыночном обществе – это некий коллективный «другой». Думая о группе людей под названием «бедные», они их в равной мере и жалеют, и клеймят позором. «Они» заслуживают (или не заслуживают, или напрашиваются), чтобы им великодушно помогли, перевоспитали или наказали, в зависимости о того, какой приговор мы, правильные люди, им вынесем. Разговор о «бедных» – это разговор о жалости, которая сродни снисхождению, как учил Дэвид Юм. «Они» не такие, как «мы». Прекариат возражает: «они» – это мы, любой из нас может когда‑нибудь оказаться на их месте.

Говоря об универсальной основной защищенности, попробуем подумать не о жалости, а о социальной солидарности и сострадании. Социальные гарантии подразумевали защищенность в индустриальном обществе. Сейчас это не работает, да и тогда толком не работало. Но принцип гарантий, основанных на солидарности, заслуживает одобрения. Он как‑то затерялся в великом множестве планов по выкорчевыванию «недостойных». К чему вспоминать о нем, если 0,5 процента населения – лентяи? Должна ли политика учитывать эти 0,5 процента или думать лишь о безопасности и свободе остальных 99,5 процента, чтобы обществу жилось поспокойней, без лишних тревог? Многие планы политического контроля, придуманные политиками, их советниками и бюрократами, очевидно для того, чтобы, играя на предрассудках, получить побольше голосов, на самом деле затратны и по большей части контрпродуктивны. Налогоплательщикам обойдется намного дороже заставить нескольких нерадивых людей заняться непроизводительным трудом, чем просто оставить их в покое, если те действительно этого хотят. Куда полезней было бы предложить не заинтересованным в работе совет – но как услугу, а не как плохо завуалированную санкцию.

Подавляющее большинство не станет довольствоваться одним лишь базовым доходом. Они хотят работать и рады возможности улучшить свое материальное и социальное положение. Набрасываться на крошечное меньшинство из‑за их «лености» – это знак нашей слабости, а не доблести. В этом отношении заслуживает внимания небольшой эксперимент, проведенный на лондонских улицах в 2010 году. Результат получился очень трогательный. Нескольких бездомных бродяг спрашивали – каждого по отдельности, – чего бы им больше всего хотелось. Желания их оказались весьма скромными, соответствующими их положению. Каждому сразу вручили необходимую сумму, позволяющую воплотить мечту в жизнь. Через несколько месяцев выяснилось, что все они подыскали себе жилье и уже не были бременем для местных властей. Экономия для налогоплательщиков при выплате этих денег оказалась в 50 раз больше самой выданной суммы.

Базовая защищенность, во‑первых, предполагает некоторую, но не полную, неопределенность, во‑вторых, уверенность, что, если что‑то пойдет не так, есть доступные и с поведенческой точки зрения приемлемые способы с этим справиться; и в‑третьих, это доступные и с поведенческой точки зрения допустимые способы оправиться от пережитого потрясения или урона. В рыночном обществе с обусловленными трудовыми пособиями, затратными частными возможностями и небольшой социальной мобильностью таких условий нет, и их следует создать. Для начала прекариату следует помочь избавиться от неуверенности, поскольку эти люди сталкиваются с «непонятным и неизведанным».

Необходимость многоуровневой безопасности ex ante, то есть предполагаемой (в противовес безопасности ex post, то есть осуществленной, которую дает социальное страхование, имеющее дело со специфическими вероятными рисками), – одна из причин, почему справедливое общество будущего должно предусмотреть необусловленный базовый доход. Богатым политикам, которые всю жизнь живут на частном обеспечении, следует сказать, что каждый заслуживает «жизненного обеспечения», не только они сами. Все мы зависим от других или, точнее, мы все взаимозависимы. Это естественное состояние человека, и ничего плохого или опасного в этом нет. И обеспечивая другим людям, таким же как мы, базовую безопасность, не следует выставлять при этом каких‑то условий или требовать от них «приличного» поведения. Если какое‑то поведение неприемлемо, с этим должны разбираться правоохранительные органы, на то есть закон. А связывать социальную защиту с некими условиями – это все равно что обходить законы, которые предположительно одинаковы для всех.

Базовая защищенность почти универсальная человеческая потребность и заслуживает того, чтобы стать целью государственной политики. Попытка сделать людей «счастливыми» – это манипуляторская уловка, тогда как обеспечение основ безопасности создало бы необходимые условия, чтобы каждый мог заняться осуществлением собственной мечты о счастье. Базовая экономическая безопасность также выгодна в плане влияния на другие аспекты жизни. Неуверенность порождает стресс, который негативно сказывается на способности сосредоточиться и учиться, в частности затрагивая отделения мозга, отвечающие за кратковременную память (Evans, Schamberg, 2009). Поэтому для обеспечения равных возможностей мы должны стремиться уменьшить различия, касающиеся незащищенности. И что еще важнее, психологи доказали, что люди, чувствующие себя относительно защищенными, намного более терпимы к окружающим и проявляют больше альтруизма. Именно хроническая социоэкономическая незащищенность приводит к распространению идей неофашизма в экономически развитых странах, сталкивающихся с понижением жизненного уровня в связи с глобализацией.

Это подводит нас к первой возможной разновидности предложенного базового дохода (см. также: Standing, 2011). Мы знаем, что глобализованная экономика способствует усилению экономической нестабильности, ей свойственно непостоянство, а прекариат никак не застрахован от колебаний экономической незащищенности. Значит, нужна стабильность доходов и автоматические экономические «стабилизаторы». Такими стабилизаторами раньше были пособие по безработице и другие социальные выплаты, но их поток иссяк. Если рассматривать базовый доход как «грант экономической стабилизации», это был бы эгалитарный способ уменьшить экономическую нестабильность. Это средство более действенное и справедливое, нежели обусловленная денежная и фискальная политика, а также все жалкие субсидии, которые приводят к безынициативности и неэффективному распределению ресурсов.

Денежное выражение карточки базового дохода может изменяться в зависимости от экономической ситуации – в противофазе циклу. Когда возможностей для заработка много, его ценность может быть меньше, а во время рецессии его можно повысить. Избежать политических злоупотреблений можно, предоставив устанавливать уровень базового дохода независимому органу, в котором среди прочих будут представители прекариата. Это было бы эквивалентно квазинезависимым валютно‑кредитным организациям, созданным в последние годы. Он будет уполномочен увязывать основную ценность гранта базового дохода с экономическим ростом, а дополнительную ценность – с циклической ситуацией в экономике. Суть в том, чтобы перераспределить базовую защищенность от тех, у кого ее «слишком много», к тем, у кого ее мало или вовсе нет.

Материал создан: 07.07.2017



.00 рублей
Русские — это народ
Русский народ сформировался на основе восточно-славянских, финно-угорских и балтийских племен.

Основные племена участвовавшие в формировании русского народа
восточные славяне:
вятичи
словене новгородские
словене ильменские
кривичи

финно-угры:
весь
— меря
— мещера
мордва

балты:
— голядь

p.s. речь идет о племенах в границах современной России
Фразеологический словарь русского языка
Интересные цитаты

Шестьсот сортов пива и советский государственный патернализм должны сосуществовать в одном флаконе. подробнее...

Идентичность великороссов была упразднена большевиками по политическим соображениям, а малороссы и белорусы были выведены в отдельные народы. подробнее...

Как можно быть одновременно и украинцем и русским, когда больше столетия декларировалось, что это разные народы. Лгали в прошлом или лгут в настоящем? подробнее...

Советский период обесценил русскость. Максимально её примитивизировав: чтобы стать русским «по-паспорту» достаточно было личного желания. Отныне соблюдения неких правил и критериев для «быть русским» не требовалось. подробнее...

В момент принятия Ислама у русского происходит отрыв ото всего русского, а другие русские, православные христиане и атеисты, становятся для него «неверными» и цивилизационными оппонентами. подробнее...

Чечня — это опора России, а не Урал и не Сибирь. Русские же просто немножко помогают чеченцам: патроны подносят, лопаты затачивают и раствор замешивают. подробнее...

Православный раздел сайта