Я русский

что значит быть русским человеком

Ягужинский от «демократии»

Среди присных Е.Б.Н. появилось однажды картавое пополнение – прокурор с устрашающей фамилией Скуратов (правда, Юрий, а не Малюта). Он, стало быть, прямой потомок своих знаменитых предшественников – от Ягужинского до Вышинского. С такой наследственностью новый назначенец должен был бы страх навести на весь наш преступный мир, от вороватых банкиров до простых, как правда, рэкетиров. Но нет. Ручным оказался однофамилец Малюты!

О Скуратове сообщил примечательные подробности журнал «Профиль» – главный осведомленец о жизни «новых русских» и в особенности «новых нерусских». Вот: «Юрий Скуратов – действительный государственный советник юстиции (что соответствует маршальскому званию). По выходным играет в бадминтон, плавает в бассейне и каждое воскресенье играет в футбол. На работу Скуратов приходит в 8.40 утра, покидает кабинет после 21.30. В субботу, по словам коллег, приезжает чуть позже».

Как‑то настораживает эта вот точность: «8.40». Почему именно так, а не как‑нибудь иначе? Ну «семь сорок» – это всем понятно, но почему «восемь сорок»? Не ясна тут цифровая символика. Ну, не станем отвлекаться на мелочи. Однако заметим, нынешний прокурор кое в чем сразу превзошел своего родоначальника Ягужинского Павла Ивановича. Тот был по чину только «генерал‑аншеф», три звезды на погонах. Куда ж было сподвижнику Петра Великого до маршальских бриллиантов!

Как же складывался карьерный путь Нью‑Ягужинского? Деликатную эту тему осветил опять‑таки журнал «Профиль» (18 февраля 1997 г.). Цитируем: «В 1973 г. окончил Свердловский юридический институт. Был оставлен в аспирантуре. В 1977–1989 гг. работал преподавателем, заведующим кафедрой, деканом судебно‑прокурорского факультета…»

Прервемся у этих датировок. Известный Б.Н. служил в Свердловске первым горкома КПСС в 1967–1976 годах, а потом первым обкома до 1985‑го, до переезда в столицу. Был ли знаком скромный доцент с партбоссом – неведомо, но вот комсомольского босса Свердловска, своего ровесника Виктора Илюшина, он знавал. Полезное оказалось знакомство.

Это был, так сказать, трамплин для Нью‑Ягужинского. А вот и взлет с трамплина (опять цитируем осведомленный в таких делах «Профиль»): «В 1989–1991 гг. – сотрудник идеологического отдела, затем заместитель заведующего отделом по законодательным инициативам ЦК КПСС». Не слабо! Партаппаратчик, значит, да еще из самых вредных для демократии – коммунистическую идеологию внедрял в обездоленный народ.

Но главное дальше. А вот что: «В 1991–1992 гг. – старший консультант по правовым вопросам министра безопасности РФ Вадима Бакатина…»

Ну, этого представлять не надо. Невиданная в истории спецслужб передача им американскому послу Р. Страусу секретнейших данных нашей разведки навеки останется неким уродливым рекордом. «Комсомольская правда» язвила по этому поводу (5 декабря 1996 г.): «На следующий день в интервью «Комсомольской правде» один из работников посольства США рассказал, что поначалу это решение главного советского разведчика вызвало шок, а потом хохот». Им‑то – да, а нам до сих пор не до смеху.

«Правда‑5» добавила любопытные подробности: «Бакатин, видимо, осознавая тяжесть содеянного, уже давно предпринимает меры предосторожности, порой граничащие с манией преследования. Как говорят, даже в лифте собственного дома он избегает совместных поездок с соседями, судорожно закрывая двери перед их носом» (18 марта 1997 г.).

Что ж, поделом вору мука. Не худо бы иным бывшим «товарищам», а ныне господам, задуматься о собственной грядущей судьбе… Впрочем, мы не о тех пишем, а о генпрокуроре Скуратове.

Ну а дальше как шли дела у него? После скандальной отставки Бакатина? А довольно тихо и скромно. Опять процитируем наш верный источник «Профиль»: «В 1993–1995 гг. занимал должность директора НИИ проблем укрепления законности при Генеральной прокуратуре РФ». К тому времени «дело Бакатина» забылось, столько событий, и каких! Без сучка и задоринки Скуратова утверждают в должности генпрокурора. Но и тут известны некоторые подробности.

«Профиль» еще в 1996 году (23–31 октября) сообщил (а они кремлевские тайны знают), что в верхах вспомнили о скромном партаппаратчике и помощнике темноватого шефа Лубянки с подачи… Виктора Илюшина, того самого свердловского комсомольского босса, а тогда – первого помощника Е.Б.Н. Там же «Профиль» предсказывал, что дело «носильщиков» (помните коробку из‑под ксерокса с полумиллионом баксов?) будет Скуратовым затянуто до конца года, а потом… соответствующую статью Уголовного кодекса РФ отменят. Так и случилось. До сих пор о судьбе полумиллиона баксов в коробке из‑под ксерокса, что пытались утащить присные Чубайса, ничего не слышно.

Впрочем, что это мы? Слышно, и даже записано на магнитную ленту!

Запись тайного разговора Чубайса, Илюшина и еще какого‑то чина помельче была опубликована в «Московском комсомольце» 15 ноября 1996 года. Даже в нынешней потрясенной России эта публикация вызвала шок. Еще бы! Первые лица страны, ближайшие слуги Б.Н. цинично обсуждали делишки, достойные… ну, прокурорского интереса, скажем так, мягко. Чубайс в ответ что‑то кратко буркнул по казенному телику, а бедный уральский комсорг даже на это не решился. И в суд оба «вице‑президента» не подали.

Приведем малюсенький отрывок, касающийся нашего Нью‑Ягужинского: «Илюшин (звонит Скуратову): Юрий Ильич, вот такой вопрос возник: можно было бы сделать таким образом, чтобы документы, которые к вам придут от Трофимова, ни к кому, кроме вас, в ближайшее время не попали? И чтобы они у вас некоторое время полежали до совета с Борисом Николаевичем после того, как вы с ними познакомитесь лично? (Скуратов что‑то отвечает.) Надо именно так и сделать, потому что у нас есть сведения опасаться того, что это очень быстро перетечет, если кто‑то у вас будет заниматься другой, в стан наших противников».

Все получилось согласно илюшинскому руководящему указанию: к общественности из Генпрокуратуры ничто пока «не перетекло», в суд – тем паче, а беспокойного Трофимова выгнали с должности. «Носильщики» гуляют на воле. И процветают, как всем известно.

А теперь, разговоры с «человеком, похожим на Скуратова».

– Юрий Ильич, за сравнительно небольшой срок деятельности в Москве вам довелось общаться по разным поводам со многими известными деятелями. Наших читателей тоже интересуют подлинные сведения о них. Для хронологии начнем с отставки Горбачева. Что вы скажете о человеке‑с‑пятном?

– Жизнь показала, что Горбачев – наша трагедия. Трагедия в том, что он, возглавив партию, не управлял процессом, а плыл по течению. А быть сильным в закулисных интригах, в подковерной борьбе, как выяснилось, недостаточно, чтобы управлять страной…

Около здания ЦК собирались толпы враждебно настроенных людей. Геннадий Бурбулис написал Горбачеву записку о том, что у него есть сведения: в ЦК уничтожаются документы, в стенах этого дома вообще строятся разные козни и так далее, что единственный выход из создавшейся ситуации – партию распустить, а здание опечатать. И Горбачев пошел на это – подписал бумаги. Сдал и ЦК, и партию, и товарищей своих, многие из которых были ему действительно верны.

– А вот позабытый до судебного процесса Бакатин, ненадолго ставший шефом Лубянки, который «прославился» тем, что сдал американцам нашу секретную аппаратуру в их посольстве?

– Государственную тайну составляла не только схема, но даже и сам принцип, который был использован в организации прослушивания американского посольства. Это было «ноу‑хау». Американцы, получив схемы, долго не могли разобраться в техническом устройстве системы. Ведь там были использованы и пустоты в цементе, и особенности арматуры, я уже не говорю о кирпичах. Все здание представляло собой одно большое ухо. Многие закладки делались еще в Финляндии, откуда американцы привозили кирпич, поэтому была рассекречена и пострадала наша агентура там.

– А как это все сказалось на деятельности Лубянки?

– Судьба страны на спецслужбах отразилась наиболее болезненно. Людей по любому поводу выводили за штат, проверяли на благонадежность. У многих сдавали нервы, многие начинали пить. Страдали от нападок нечистоплотных людей, таких, как священник Глеб Якунин, который работал в архивах КГБ, а потом под рясой выносил материалы, компрометирующие иерархов Церкви, сотрудничавших с Лубянкой, или Полторанин – идеологический рупор раннего Ельцина. Подчиненные, спасая оперативную агентуру, не докладывали всего, что знали, своему начальству. Даже Ковалев, который был на Лубянке своим человеком, и тот получал не более тридцати процентов информации, Путин – и того меньше. Подчиненные стали бояться своих руководителей, стали бояться вообще провалить свою агентуру. А ведь спецслужба – аппарат тонкий, разрушить его можно быстро, вот только настраивать долго.

– Хроническим нарывом на теле России давно стал сын любимой мамы, уехавшей на постоянное жительство в Израиль: что нового вы могли бы рассказать нам о пресловутом Чубайсе?

– Нами была подготовлена программа по борьбе с коррупцией, где было расписано на ближайшие два года, что должны делать органы государственной власти и правоохранительные органы в борьбе с этим злом. Подготовили мы эту программу года три назад. Я тогда рассказал о ней президенту. Тот наложил резолюцию: «Поддерживаю» – и отписал бумагу Чубайсу. Я уехал из Кремля вдохновленный. Но… Прошел месяц, второй, третий, четвертый, пятый. Никакой реакции, словно бы и нет документа! Начали искать бумагу. Нашли. Точнее, ее нам вернули с резолюцией Чубайса: «Не вижу необходимости»… Документ был похоронен. А почему? Да потому, что многие из тех, кто смотрел этот документ в Администрации президента, четко понимали, что подпадают под его действие. Словом, доверили козлам капусту.

– Нам кажется, что сравнивать Чубайса с козлом все же не очень справедливо, ведь рыжих козлов вроде не бывает. Но все знают, что Чубайс – друг известной «семьи», каковы ныне «семейные новости»?

– Работники Управления делами президента (не буду пока называть их фамилий) открыли в «Банко дель Готтардо» два счета на интересные имена. Одно имя – «Царевна», другое – «Золушка». Счета, как видите, шифрованные. Кому они принадлежат? Татьяне Дьяченко и Елене Окуловой? Есть основания полагать, что именно им.

– Год назад разразился мировой скандал, связанный с чудовищными хищениями российских денег через Нью‑Йоркский банк. Западная печать вопила о «русской мафии», хотя имена этих «мафиози» звучали как‑то не очень по‑славянски: Берлин, Гурфинкель, Кагаловский, Принцкер и тому подобные могилевичи. Впрочем, то исполнители, мелкая сошка. А как там обстояли дела у кремлевских «важняков», замешаны?

– Прежде всего – президентская семья. Сам президент, дочери его Татьяна и Елена, позднее всплыл Леонид Дьяченко – Татьянин муж, и, естественно, члены «семьи» – Березовский с его веером хвостов… Волошин, который проходит по двум уголовным делам: в связи с «Чара‑банком» и Мариной Францевой, когда с подачи Волошина этот банк за реальные деньги – деньги вкладчиков, между прочим, купил фантики – обесцененные бумаги Автомобильного всероссийского альянса (ABBA) – мыльного пузыря, рожденного Березовским; и в связи с проданным векселем Агропромсервиса. Добыт этот вексель был преступным путем… Уголовное дело было возбуждено по статье «мошенничество». Тут и Абрамович, первая сделка с нефтью которого была криминальной. Московской прокуратурой была даже выдана санкция на его арест, но дело это было благополучно прикрыто… Мамут. Более поздние данные свидетельствовали о его причастности к отмыванию «грязных» денег через «Бэнк оф Нью‑Йорк», Соби‑банк, Московский деловой банк и другие.

– После вашей скандальной отставки в прокуратуре замелькали имена «исполняющих обязанности» – Чайка, Демин. Кто они такие?

– Теперь, спустя годы, понятно, что я совершил ошибку, передвинув Чайку из Иркутска в Москву… Чайка впоследствии предал меня – не выдержал испытания столицей. Я жалею о том, что не побеседовал с главой администрации Иркутской области, не узнал его мнения о Чайке, не обратил внимания на сдержанную реакцию ряда коллег по работе. С Деминым я работал в ФСБ, видел его в работе, в разные кадровые бумаги не заглядывал. Хотя заглянуть надо было бы. У Демина в личном деле имелось несколько взысканий. За недостойное поведение по отношению к женщинам. Иначе говоря, он старался не пропустить мимо себя ни одной юбки, ни одной секретарши. Имелись у него и карьеристские задатки. Часто он бывал неискренен. Но все это я пропустил мимо.

– Да, с этим вашим самокритичным суждением нельзя не согласиться, а кадры, как нас правильно учили, решают все. Теперь вот опять о кадрах. Последние годы на политической авансцене постоянно мелькает Степашин, то здесь, то там, а ведь он долго служил политработником в пожарных частях, даже Военно‑политическую академию имени Ленина окончил. О нем что скажете?

– Кто‑то тут уже спросил меня: «А разве Степашин – юрист?» – «Нет, не юрист. Но – доктор юридических наук». Базового юридического образования – основы всего – у него нет. И не будет никогда. А степень доктора юридических наук есть. Нонсенс! Отсюда и вся его легковесность при ответах на вопросы, требующие специальных юридических познаний.

– Любопытная подробность, о том в газетах вроде не писали. Ведь легковесность его проявляется кругом. Помните, в должности директора ФСБ пытался руководить военными действиями в Чечне, оконфузился, потом с ваххабитами обнимался, бурку от них в подарок принял, поклялся честью офицера‑пожарного, что генерала Шпигуна освободит, да ушел в отставку, честного слова не сдержав, и все нипочем!

– Степашин, став министром внутренних дел, начал проводить тактику откровенного заигрывания с Масхадовым. МВД России первым заключило договор о сотрудничестве с МВД Ичкерии. Следом за МВД потянулись и другие ведомства… Много суетился Березовский… Однажды он через Назрань на своем личном самолете привез Басаеву крупную сумму денег. Якобы для восстановления цементного завода. Возможно. Но нельзя исключить и того, что этот «цемент» палит сейчас по нашим ребятам в армейской форме. Возникла даже идея создания общественного антикоррупционного комитета, но во главе комитета стал Степашин. Ну какой из него антикоррупционер, когда сформированное им правительство почти на треть состояло из лиц с сомнительной репутацией! Да и сам он, к слову, будучи министром внутренних дел, спустил на тормозах громкое дело банкира Смоленского – человека, которому давным‑давно надо сидеть за решеткой. Именно Степашин изгнал из МВД многих честных и толковых работников, включая Игоря Николаевича Кожевникова – руководителя следственного комитета МВД России.

– О продажности высших должностных лиц теперь много пишут в газетах, в том числе и солидных, и «желтых». Есть мнение, что «разоблачения» эти порой откровенно «заказные». Есть у вас такие данные?

– Минкин опубликовал в «Новой газете» статью «Честных прокуроров не бывает», где, не моргнув глазом, заявил, что и Скуратов, и Карла дель Понте нарушили закон… Откуда он взял это? Не знаю. Карла дель Понте как раз очень скрупулезно соблюдала все процедуры, и вообще нарушение закона для такого человека, как она, – вещь немыслимая… Кстати, Минкин в этот раз выступил в роли лакея, обслуживающего Пал Палыча Бородина, и за это получил гонорар – дачу в престижной Жуковке. Дали ее Минкину в Управлении делами Кремля, сиречь в ведомстве Пал Палыча… Там же, в «МК», была опубликована статья Марка Дейча «Опасные связи». Дейч и Будберг – это два сотрудника «МК», которые выполняли и выполняют заказы наших спецслужб, МВД и ФСБ. Что грустно в этой ситуации: КГБ когда‑то привлекал Марка Дейча к уголовной ответственности за фарцовку и незаконные валютные операции, а преемница КГБ – ФСБ подкармливает его и в ту же пору пичкает оперативными, а значит, секретными (хотя и непроверенными) материалами. И Калинина, и Дейч, и Будберг волей‑неволей находятся, увы, на обслуживании коррупционеров.

– И последнее, Юрий Ильич. В 1998 году в России произошел пресловутый «дефолт», когда в одночасье цены подскочили в несколько раз, миллионы честных тружеников обеднели, а кучка воров нажилась.

– Кто принял решение объявить Россию на весь мир нищей? Имена этих людей Россия должна знать. Собрались пять человек, поговорили немного, поухмылялись – слишком уж «веселым» показался им этот исторический момент – и объявили: «Дефолту быть!» Вот их имена:

ДУБИНИН Сергей Константинович

КИРИЕНКО Сергей Владиленович

ЗАДОРНОВ Михаил Михайлович

ЧУБАЙС Анатолий Борисович

ГАЙДАР Егор Тимурович

Большего унижения России за многие века, по‑моему, не было. (Все высказывания Ю. И. Скуратова тщательно сверены по его книге «Вариант дракона». М., 2000.)

Материал создан: 27.11.2015



.00 рублей
Русские — это народ
Русский народ сформировался на основе восточно-славянских, финно-угорских и балтийских племен.

Основные племена участвовавшие в формировании русского народа
восточные славяне:
вятичи
словене новгородские
словене ильменские
кривичи

финно-угры:
весь
— меря
— мещера
мордва

балты:
— голядь

p.s. речь идет о племенах в границах современной России
Фразеологический словарь русского языка
Интересные цитаты

Шестьсот сортов пива и советский государственный патернализм должны сосуществовать в одном флаконе. подробнее...

Идентичность великороссов была упразднена большевиками по политическим соображениям, а малороссы и белорусы были выведены в отдельные народы. подробнее...

Как можно быть одновременно и украинцем и русским, когда больше столетия декларировалось, что это разные народы. Лгали в прошлом или лгут в настоящем? подробнее...

Советский период обесценил русскость. Максимально её примитивизировав: чтобы стать русским «по-паспорту» достаточно было личного желания. Отныне соблюдения неких правил и критериев для «быть русским» не требовалось. подробнее...

В момент принятия Ислама у русского происходит отрыв ото всего русского, а другие русские, православные христиане и атеисты, становятся для него «неверными» и цивилизационными оппонентами. подробнее...

Чечня — это опора России, а не Урал и не Сибирь. Русские же просто немножко помогают чеченцам: патроны подносят, лопаты затачивают и раствор замешивают. подробнее...

Православный раздел сайта