Я русский

что значит быть русским человеком

Общерусская идентичность и украинство

Политика полумер и украинство

Преамбула
Доклад Андрея Марчукова:Противостояние национальных проектов на Украине в контексте современных событий

Украинский проект — современное состояние

Таков закон психологии: людям приятно слушать то, что они хотят слышать. А хотят они слышать вещи, которые бы не противоречили их видению событий и не вступали в диссонанс с их собственными желаниями. К сожалению, реальность зачастую оказывается далека от успокоительных заверений.

Людям приятно слушать то, что они хотят слышать

Если отвлечься от столь любимой рядом экспертов и политологов тенденции рассматривать происходящее на Украине в рамках глобального конфликта между США и Россией как всего лишь один из (пусть и очень важный) участок «фронта Третьей Мировой войны» и спуститься с геополитических небес на российско-украинскую землю, то придётся отметить, что события развиваются не столь победно, как это представляют официальные СМИ. И напрочь отбрасывать оценку происходящего, как тяжёлую для России ситуацию, а то и поражение, последствия которого будут сказываться ещё многие годы, не стоит.

К такому заключению можно прийти, если взглянуть на современное состояние действующих на Украине национальных проектов и несомых ими идентичностей. А ведь именно их противостояние и стало одной из главных внутренних причин «украинского кризиса».

Украинский кризис — это противостояние русской идентичности и украинства

Нередко приходится слышать, что украинский проект практически «приказал долго жить», а сама Украина почти что развалилась. На самом деле причин для столь оптимистической оценки недостаточно. Оснований ожидать скорого крушения украинского национального проекта (да и его крушения вообще), а с ним и всего того, что он несёт, и прежде всего украинской государственности и украинской идеи, сейчас нет. Почему?

Действительно, в феврале–марте, и даже до мая 2014 года, он находился на грани исчезновения, поскольку исчерпал заданный в 1991 году внутренний импульс развития (в мирных условиях), вызвал у людей резкое разочарование и поставил вопрос о способности и даже необходимости существования Украины. А вместе с этим на грани развала оказалось и украинская государственность. Кровавый переворот и развязанный киевской хунтой террор положили конец легитимности и государства, и «майданной» власти.

Однако лежащий на земле проект был заботливо подобран, и в него была вдута новая жизнь и новая легитимность. Причём не только формальная, в виде признания новых властей (президента Порошенко и Верховной Рады), но и лежащая в области нематериального.

Украинский проект подобрали и вдыхают в него новую жизнь

Украинский проект не просто уцелел, но и окреп. И во внешнеполитической сфере — тут и признание хунты мировым сообществом, и решительная поддержка принципа территориальной целостности Украины, и «понимание» её «борьбы против угрозы с Востока». И в сфере внутриполитической. Украинскими властями и украинствующей общественностью были мобилизованы и максимально задействованы все внутренние ресурсы, которыми в потенциале обладает украинский проект. К их радости, «сбылось» всё то, о чём они вещали полтора века и особенно в годы самостийности. Независимость Украины и сама её идея в опасности. От России исходит агрессия. В стране действует «пятая колонна» в лице донбасских сепаратистов и сторонников Русского мира.

Они являются угрозой не только для Украины, но и для всего прогрессивного человечества, а потому Украина — последний оплот на пути российской экспансии. Возникла же эта угроза из-за

  1. мешающих нормальному европейскому развитию «православно-византийских традиций»,
  2. векового «обрусения» и
  3. «денационализации» народа и
  4. его недостаточной украинской сознательности.

А чтобы всё это преодолеть и быть Украиной, требуется широкомасштабная идейная и национальная украинизация, деруссификация и нагнетание антироссийской истерии. А новые условия («аннексия» Крыма и война на Донбассе) позволили украинству получить гораздо более универсальные средства, чем те, которыми оно обладало в мирное время.

Под идеологию украинского проекта были подведены сильные скрепы в виде коллективной памяти, основанной на войне, чувстве «защиты родины» и пролитой во имя неё крови. Тем самым, оказались задействованы мощные символические ценности, причём относящиеся уже не к далёкому мифологизированному прошлому (вспомним, что в украинский пантеон героев входят лишь те личности, которые боролись против Москвы), а к современности. Был актуализирован и «внешний враг» — Россия, русские, Русский мир, который, опять же, из области абстрактной мифологии переместился в современность.

Внешний враг украинца — Россия, русские и Русский мир

С таким инструментарием социальной инженерии и в таких условиях (тотальной пропаганды и милитаристского психоза) насаждать украинскую идентичность становится гораздо проще, чем раньше. При этом меняется и характер создаваемой нации — в качестве её фундамента всё больше начинает выступать политико-мировоззренческий, а не этно-языковой фундамент, как это было прежде.

Таким образом, в пользу украинского проекта сыграли три обстоятельства.

  1. Во-первых, он — силами государства, построенного на его идеологии, и украинствующих — мобилизовал все свои внутренние ресурсы.
  2. Во-вторых, Украина была всецело поддержана Западом (и США, и Европой, причём как на уровне евроструктур, так и отдельных стран).
  3. А в-третьих, что самое важное (и роковое для стратегических интересов России), украинский проект был спасён одновременно и Западом и… российским руководством.

Украинский проект явно спасается российским руководством

Российски «вклад»

Российская политика, которая проводилась с начала весны 2014 года, была нацелена на сохранение «партнёрских отношений» с Европой (да и с США). А посему Русская весна, поднявшаяся на «крымской волне», поддержки и распространения не получила: курс был направлен на сохранение государства Украина и его территориальной целостности (но без Крыма). А раз так, то и на сохранение украинского проекта.

Русская весна поддержки и распространения не получила

Очень скоро упор в российском освещении происходящего был смещён с украинского национализма (основы украинской государственности и причины внутренних конфликтов) на факты проявления на Украине «нацизма», который и подаётся как главная беда Украины, спровоцировавшая ответные действия народа Донбасса. Да, неонацизм на Украине есть, но это не более чем закономерное и последовательное развитие украинского национализма — иными словами, свойство украинского проекта.

Признание Кремлём новых киевских властей и непризнание волеизъявления жителей ДНР и ЛНР (которые тоже формально не признаны); колебания между поддержкой проекта «Новороссия» и отказом от него; минские соглашения и «спасение» Украины от военного поражения и неминуемой в этих условиях смены власти внутри неё; экономическая поддержка, позволившая киевскому режиму пережить зиму, — всё это черты российской политики.

Сюда же следует добавить такой важный, но редко обсуждаемый момент, как не денонсирование Россией «Договора о сотрудничестве, партнёрстве и дружбе» с Украиной 1997 года — и это на фоне заявлений о разгуле нацизма и антироссийской и террористической политике киевских властей. На словах Киев справедливо обвиняется во всех его прегрешениях, а на деле российское руководство сохраняет с ним партнёрские и даже «дружественные» (как следует из названия договора) отношения.

То, что этот договор не был денонсирован украинской стороной, совершенно понятно, ведь он гарантирует признание Россией сухопутных границ Украины (а значит, и пребывания Донбасса, Харькова, Новороссии в её составе). Так что заявления украинских депутатов и высокопоставленных чиновников о том, что Украина пребывает «в состоянии войны с ядерной державой» и прочие их публичные демарши — это внешнее, а истинные интересы никто в Киеве ставить под угрозу не собирается.

Истинные интересы на Украине под угрозу не ставит никто

Но это Украина. А как соотносятся сохранение этого крайне одиозного и чуть ли не силой продавленного ельцинской командой договора с интересами России? Значит, соотносится. Предполагается и «дружба» — хоть, наверное, и не с самим нынешним режимом, но вот с «Украиной» — точно.

Не настанет на Украине и экономического коллапса и социальных бунтов, начало которых некоторые предрекали ещё на осень 2014 года. Как показали события, Украина (а значит, и киевский режим) будут поддерживаться и Западом, и Россией, пусть даже на минимальном уровне, обеспечивающем сохранение социального мира и существование её государственности.

Украина будет поддерживаться и Западом, и Россией

Политика полумер и украинство

Это тот контекст, который воспрепятствовал распаду Украины и крушению украинского проекта (по крайней мере, на значительных её территориях). В результате был реализован самый выгодный (в тех условиях) для Украины сценарий. Под разговоры о недопустимости втягивания России в войну ситуация как раз и стала развиваться по военному пути. И неважно, что Россия формально в войне на Донбассе не участвует. Это не стало препятствием для того, чтобы на Украине не был запущен маховик тотальной психологической обработки населения в национально-украинском духе и не были предприняты меры по сплочению общества вокруг идеи защиты Украины от внешнего и внутреннего врага.

А в условиях, когда войне был придан затяжной характер, исключающий быстрое, (да и вообще военное) поражение украинской хунты, Киев обрёл шанс превратить свои вооружённые силы в полноценную армию, обладающей боевым (и антироссийским по направленности) опытом. Украина получила возможность создать такой важнейший атрибут государственности и социальный конструкт нации, каким является армия.

Затяжной характер войны исключает военное поражение хунты

Россия встала в позицию «ни войны, ни мира», позволив Крыму стать частью России, а Донбассу — нет, и попыталась договориться с Западом (что невозможно в принципе, если Россия хочет отстоять свои национальные интересы), продолжая это делать и сейчас. И тем самым, потеряла время и инициативу. А отказавшись от трактовки событий как войны за и против Русского мира и сведя всё к утверждению о ней как о «гражданской войне на Украине», лишила себя идейного оружия и возможности выстраивать иное отношение к народу Украины и Новороссии, чем то, которое свойственно украинскому проекту. Нельзя забывать, что любые попытки играть на чужом идейно-смысловом поле, действовать в системе понятий, которые предлагает украинский проект, в стратегическом плане всегда обречены на поражение, даже если в тактическом и могут принести временный успех.

Россия поддерживает позицию «ни войны, ни мира»

Примером тому — судьба УССР и советско-украинской идентичности. Подобная же судьба с вероятностью постигнет и «постминскую» «децентрализованную Украину». Дело не просто в непротивлении нынешнему киевскому режиму и стремлении использовать его как партнёра, через которого можно попытаться продавить нужную политику (например, планы по федерализации). Дело вообще не в том, какие власти сейчас сидят в Киеве, и не в том, что на Украине себя вольготно чувствуют ультра-националисты и неонацисты. Дело в самом способе мышления — в «украинской системе координат»,– которым российский правящий класс и российские власти оценивают происходящее, и на основе которого строят свои стратегии.

Мышление «украинской системе координат» — слабое место руководства России

В настоящее время всё чаще звучат заявления представителей ДНР, ЛНР и ряда российских общественных деятелей о том, что они не против возвращения Донбасса в состав Украины. Но только, добавляют они, Украины другой, не той, что имеется сейчас. И что против Украины как таковой они ничего не имеют. Причины таких заявлений понятны: это и есть суть «минской стратегии», которой по рукам связаны говорящие. Но Украина останется антироссийским и антирусским проектом даже если власть в Киеве окажется менее (или даже почти не) антироссийской и начнёт делать шаги, направленные на экономическую интеграцию в рамках тех или иных евразийских коопераций. Потому что у каждого национально-государственного проекта есть свои внутриполитические, геополитические, мировоззренческие, идеологические принципы, которые остаются неизменными. Иначе не станет самого этого проекта. И потому что никакая экономическая интеграция не отменит конфликта мировоззрений и идентичностей.

Никакая экономическая интеграция не отменит конфликта идентичностей

Предположим, что план сработает, и ДНР и ЛНР опять окажутся в составе Украины — пускай даже обладая частью из тех полномочий, на предоставлении которых (через представителей Донбасса) настаивает российское руководство. Фактически они какое-то время будут оставаться полунезависимыми (в какой степени — вопрос), гарантии чему даст Москва и Запад. Но доверять гарантиям Запада нельзя, а верить в то, что позиции Москвы будут всегда неизменны, тоже вряд ли стоит.

Позиции Москвы не всегда будут неизменными

Во-первых, возможны изменения внутри самой России, и позиция тех, кто сейчас выступает защитником полунезависимости Донбасса, завтра по тем или иным причинам окажется не востребована, а то и просто неприемлема.

Во-вторых, возможны изменения приоритетов российской политики. А уже 2014–2015 годы наглядно продемонстрировали, что первоочередным для российских властей являются «мировой фронт», межгосударственные интеграционные связи и партнёрство с Западом (прежде всего с Европой). А интересы и желания народа (той же Новороссии), равно как и состояние конфликта идентичностей на Украине, для них вторичны, если не более. Ничто не должно становиться препятствием на пути глобальных планов сотрудничества «ведущих экономик».

В-третьих, могут измениться сами глобальные планы мировых игроков и международная расстановка сил. Планы-то изменятся, а вот Украина и то, что происходит с её населением, останется.

Таким образом, рассчитывать на неизменность курса России не стоит. А вот Украина (в лице любых киевских властей и адептов украинства) с таким положением дел не смирится никогда. И если всерьёз претендовать на Крым они никогда не посмеют, потому что он стал частью России, то отменить полунезависимость ДНР и ЛНР (а может, и каких-то «отдельных территорий» ещё) они, безусловно, постараются. Либо силой и быстро, либо медленно и незаметно, используя международную конъюнктуру, втягивая и переваривая «элиту» этих «полунезависимых» территорий, воздействуя через гуманитарную составляющую и т.д. И Украина вновь вернётся к тем формам и содержанию, которые ей определены украинским проектом. А сделать это будет тем проще, что формально эти «отдельные территории» будут являться частью Украины.

Отменить полунезависимость ДНР и ЛНР обязательно постараются

Таковы последствия сохранения Украины и украинского проекта в качестве геополитической и нравственной точки отсчёта. Таковы весьма вероятные последствия игнорирования сути нынешних событий на Донбассе, в Новороссии и на Украине. Игнорирования российской властью важности борьбы за идентичность и мировоззрение народа, населяющего эти земли. Игнорирования того, что все глобальные планы и международные расклады сил преходящи, а «украинский вопрос» — величина постоянная. Того, что именно результаты борьбы за умы и души народа, и за политические границы, и определят положение России — в данном регионе и на более широком геополитическом пространстве.

Российская власть игнорирует борьбу своего народа за русскую идентичность

Общерусская идентичность и Новороссия

А вот по любым альтернативам украинского проекта был нанесён тяжёлый удар.

Общерусская идея, которая с начала 2000-х стала набирать популярность на Украине (как прямое следствие разочарования в украинстве) и даже озвучивалась на высшем российском уровне, оказалась отброшена далеко назад, и во многом утратила политическую актуальность. Причём как на Украине (причиной чему — массированная пропаганда и включение социо-психологических установок, о которых говорилось выше), так и в России, примером чему — официальная трактовка происходящего как внутреннего дела Украины и «украинцев» и затушёвывание его национально-мировоззренческой сути. По носителям общерусской идентичности был нанесён удар, отчасти сравнимый с тем, который понесли галицкие русофилы в годы Первой Мировой войны и сторонники общерусского единства в самой России — после революции 1917 года. Многие были либо уничтожены, либо арестованы и запуганы, либо были вынуждены уехать в Россию — без особых перспектив (на данный момент) вернуться домой.

Для многих граждан Украины теперь, в условиях пропаганды и показательно организованной войны — то есть, меняющегося коллективного сознания — эта идея стала в лучшем случае неактуальной, а в худшем — воспринимается враждебно. Конечно, социальные настроения переменчивы, но для этого должны кардинально измениться условия. В конкретном случае, должен прекратить существование украинский проект. Но этого как раз и не предвидится — в том числе из-за специфической российской политики.

Прекращение украинского проекта не предвидится

Да, в ДНР и ЛНР эти люди отстояли своё право на общерусскую идентичность, на собственное мировоззрение. Но что будет, когда республики войдут в Украину? Да и их нарочитое подталкивание (ясно, откуда осуществляемое) к общеукраинскому национально-культурному пространству, что выражается, скажем, в публичной актуализации культа Тараса Шевченко (возложение венков и т.д.), наносят общерусской системе ценностей вред. В России же общерусская идея (как и идеология русскости вообще) изначально поставлена в маргинальные условия.

В России идеология русскости поставлена в маргинальные условия

Проект «Новороссия», одно время вроде бы озвучиваемый полуофициально, в настоящее время остаётся прерогативой общественных патриотических движений, а из официального дискурса (вероятно, под внешним и внутренним нажимом) был изъят, что получило воплощение в «минской стратегии». Если, конечно, не считать, что эта «стратегия» и есть суть проекта «Новороссия» (каким его, возможно, понимают «наверху»).

Целостность Украины: интересы сторон

Зачем Украина нужна Западу, говорилось уже не раз: это и создание барьера против России; и зоны нестабильности на её границах (а заодно и на границах ЕС); и овладение её экономическими ресурсами — сельскохозяйственными угодьями, месторождениями полезных ископаемых, рядом промышленных предприятий и инфраструктурой. Для чего Украина нужна России? На этот вопрос ответ звучит менее вразумительный.

Для Запада, Украина — это барьер против России

Чаще всего утверждается, что единая Украина нужна как зона стабильности и как надёжный (и единственный) транзитёр российского газа в Европу. Есть объяснение «патриотическое». Оно заключается в том, что сохранение целостности Украины и возврат в неё ДНР и ЛНР нужны для того, чтобы побороться за всю Украину, не допустив туда западных «партнёров». Или, по крайней мере, превратив её в «проблемное пространство», раздираемое внутренними противоречиями (но при сохранении минимального уровня политической и социальной стабильности), которые не позволят Киеву занять однозначно антироссийскую позицию. Есть «ситуативное» объяснение, согласно которому раздел Украины или переформатирование её в ряд государств были невозможны в принципе и чреваты ухудшением отношений с зарубежными странами (прежде всего с Европой), нарушением поставок газа, войной и т.п.

Но чаще никаких объяснений не даётся вообще, а необходимость целостности Украины преподносится как что-то нужное априори и неизменное по умолчанию.

Что касается стабильности украинского государства как транзитного пространства и контролёра над опасными производствами, то преимущество единой Украины перед несколькими государствами неочевидно. К тому же, наличие нескольких политических образований открывает более широкие возможности для выбора, чем одно (к тому же, недружественное). Что касается невозможности, то весной 2014-го было возможно многое. Что же касается планов «побороться за всю Украину», то они несбыточны в принципе, и это показал как опыт УССР и судьба Донецко-Криворожской республики, так и ход нынешнего конфликта. Несбыточны, пока существует украинский проект. А он будет существовать до тех пор, пока данное пространство будет пребывать в этих границах и пониматься как «Украина».

Но есть и другие объяснения того, почему российские власти ставят на украинский проект.

При рассмотрении современности (в том числе на примере Украины) может возникать подмена понятий: интересы России, Русского мира, русского народа проецируются на политику Российской Федерации и политические и экономические интересы российского правящего класса. Отсюда и отношение к современной ситуации как к поражению (хочется верить, временному). Однако эти интересы не всегда совпадают.

Интересы первых таковы:

  1. воссоединение русских земель, потерянных в 1991 году, прежде всего Донбасса, Харькова, Новороссии;
  2. ликвидация проекта «Украина»;
  3. возвращение в политическую действительность проекта «Малороссия» применительно к малороссийским этническим землям.

На крайний случай — создание некой «иной Украины», в которой находился бы такой субъект как Новороссия (однако такой путь, как уже говорилось, чреват перерождением). Интересы же российского правящего класса и политического руководства страны состоят в другом. Идеалы собирания русской земли и народа для них не приоритетны. Они могут быть задействованы, но ограниченно и ситуативно (как в случае с Крымом).

Идеалы собирания русского народа для власти РФ не приоритетны

«Россию» нынешняя «элита» понимает (в тех случаях, когда руководствуется государственными интересами) как «Российскую Федерацию» — в её границах и как государство, не национальное, а как некий конгломерат космополитического или квазиимперского свойства, и как звено в международной системе экономических и политических интеграционных связей (прежде всего в рамках постсоветского пространства, но не только). Отсюда — и отношение к «украинскому участку фронта» лишь как к одному из многих.

Но есть и другие — сугубо внутренние причины.

Первая причинаэто стремление сохранить свои позиции как «элиты». А для этого необходимо сохранять незыблемость статуса 1991 года как стартовой позиции, с которой и началось её существование как «элиты», получившей политическую власть и право владеть собственностью. По этому пункту между российской и украинской «элитами» существует полный консенсус. Отсюда их совместная, хоть и не декларируемая, заинтересованность в сохранении украинского проекта как лучшего способа недопущения возрождения единого государства и пересмотра собственного статуса.

Вторая причина — это стремление не допустить «русификации» Российской Федерации. То есть, признания русского народа народом разделённым, получения им юридического статуса как субъекта политики в самой РФ и проникновения русской идеи во внутриполитический дискурс «больше дозволенного» и, тем самым, превращения её в политическую реальность. А вместе с этим, и недопущения в политику и свою корпорацию новых людей, выступающих носителями и выразителями этой идеи.

Кроме того, (обще)русская идея, как показал опыт Новороссии, оказалась тесно связана и с вопросом о социальной справедливости и социальных переменах. А этих перемен постарались не допустить и киевские власти — на Украине, и российские (донецкие) власти — на территориях, от неё освобождённых.

Третья причинаэто историческая (советская) традиция воспринимать этот регион именно как «Украину» и как данность, которую менять нельзя. С этим стереотипом тесно связана и его идеологическая разновидность, свойственная представителям либерального лагеря. Согласно ей, Украину и украинство следует рассматривать как угнетаемых и всегда правых, а все прочие подходы (русскость) и Россию — как недемократичных, великодержавных и агрессивных.

Ну и, наконец, идти на сохранение украинского проекта побуждают тесные связи российской «элиты» с Западом, её вовлечённость (на личном, корпоративном и идейном уровнях) в западный мир. И ссориться с ним ради народа Донбасса, Новороссии и Украины она не хочет.

А посему её идеал — это единая, хоть децентрализовано-федерализированная, Украина, вовлечённая в «евразийскую экономическую интеграцию» при сохранении политической и экономической самостоятельности её «элиты». По примеру «лучших времён» режимов Кучмы и Януковича. Отсюда и поиски союзников не в народе и среди общерусских активистов, а среди «братьев по классу» — в буржуазно-чиновных кругах Украины.

Но рано или поздно «позолота» глобальных противоречий сотрётся, конфликт с Западом уляжется и разменная карта в виде «проекта Новороссии» потеряет актуальность. А вот «свиная кожа» украинского проекта — останется. И процессы нациостроительства, формирования идентичностей за это время сильно изменятся — и не в общерусскую/российскую пользу.

А опыт Новороссии, помимо прочего, показал следующее. Отношение к русскому вопросу со стороны российского правящего класса не изменилось, и проблемы существования и воспроизводства русской идентичности (внутри России и за её пределами) для него так же не актуальны, как и раньше. Решение всех проблем лежит внутри России, в сути проводящегося внутриполитического и экономического курса, и внешнеполитической стратегии.

Пока основы социально-экономического строя будут буржуазно-олигархическими, идеология государственного строительства — либеральной, а отношение к народу и национальному вопросу — базироваться на принципах космополитизм и квазиимперскости (в виде ли антирусскости или глобалистских интеграционных инициатив), интересы народа России, Новороссии, да и Украины будут оставаться вторичными.

Материал создан: 26.06.2015

создано на основе этого материала



Русские — это народ
Русский народ сформировался на основе восточно-славянских, финно-угорских и балтийских племен.

Основные племена участвовавшие в формировании русского народа
восточные славяне:
вятичи
словене новгородские
словене ильменские
кривичи

финно-угры:
весь
— меря
— мещера
мордва

балты:
— голядь

p.s. речь идет о племенах в границах современной России
Фразеологический словарь
русского языка
Интересные цитаты

Шестьсот сортов пива и советский государственный патернализм должны сосуществовать в одном флаконе. подробнее...

Идентичность великороссов была упразднена большевиками по политическим соображениям, а малороссы и белорусы были выведены в отдельные народы. подробнее...

Как можно быть одновременно и украинцем и русским, когда больше столетия декларировалось, что это разные народы. Лгали в прошлом или лгут в настоящем? подробнее...

Советский период обесценил русскость. Максимально её примитивизировав: чтобы стать русским «по-паспорту» достаточно было личного желания. Отныне соблюдения неких правил и критериев для «быть русским» не требовалось. подробнее...

В момент принятия Ислама у русского происходит отрыв ото всего русского, а другие русские, православные христиане и атеисты, становятся для него «неверными» и цивилизационными оппонентами. подробнее...

Чечня — это опора России, а не Урал и не Сибирь. Русские же просто немножко помогают чеченцам: патроны подносят, лопаты затачивают и раствор замешивают. подробнее...


"кавказцы" 1812 api seva-riga Акопов Алкснис Белоруссия Бесогон Бог Европа Ислам Ищенко Кавказ Казахстан Москва НКВД Новороссия Орловщина Первая Мировая Православие Радонежский Россия Русский Север Русь Рюриковичи СССР Сербия Столыпин Стрелков Татарстан Турция Украина Холмогоров ангелы анти-Россия армия армяне атеизм белорусы богатыри большевики былины великороссы великорусы видео война вооружение галерея горцы грузины демография дерусификация диаспоры древности древность евреи закон Божий идея изба иконопись интересно искусство история казачество книга книги коммунисты костюм крымские татары культура леттеринг либералы майдан малороссы масс-медиа мнение молитвы мысли национализм новости одежда особое мнение песни подвиг поморы пословицы проблемы публицистика разное ремесла роспись русофобия русская русская культура русские русские новости русские традиции русский русский язык русское святые сказки славяне старинные тексты староверы старообрядцы стихи татары термины толерантность традиции туризм узбеки украинцы фото церкви церковнославянский язык цитаты частушки чеченцы экстремизм этнокриминал

Старое API
API сайта iamruss.ru