Я русский

что значит быть русским человеком

Стрыпа и Нарочь. Первая Мировая Война

Военные действия 1916 года

Обескровленная, изможденная пятнадцатью месяцами необычайно тяжелой и неудачно сложившейся войны, русская армия заняла в октябре 1915 года линию сплошного фронта от Балтийского моря до румынской границы. Начертание этого фронта было чисто случайное — войска зарылись в землю там, где остановились.

С августа 1914 года по декабрь 1915 года было призвано 6 290 000 человек. На них оказались 1 547 000 винтовок — по одной винтовке на четыре человека. Брошенные в 1915 году на фронт массы безоружных пополнений лишь снизили способность армии, безмерно увеличив кровавые ее потери и неприятельские трофеи.

Осенью 1915 года в тыловых частях одна винтовка приходилась на десять солдат, а на фронте — на двоих.

В октябре, когда выяснилось катастрофическое положение Сербии, в районе Одессы была собрана 7-я армия в составе 2-го, 16-го и 5-го Кавказских корпусов.

В Галиции со второй половины октября установилось затишье, царившее и на остальных театрах войны за исключением Балканского.

Наступление должна была начать 9-я армия генерала Лечиц-кого демонстративной атакой на Пруте, в Новоселицком районе. 7-й армии надлежало затем отбросить за Стрыпу Южную германскую, нанеся главный удар от Трембовли 2-м армейским корпусом.

15 декабря 7-я армия начала сближение с неприятелем, продвигаясь с Серета на Стрыпу. 16-го начались ее атаки — тяжелые бои в ненастную погоду и без шансов на успех.

Сближение 15 декабря обошлось в 5000 человек, причем особенно пострадал 5-й Кавказский корпус.

После этого неудачного наступления Ставка взяла назад войска гвардии. Из 8-й армии еще раньше был отправлен на север — в 10-ю армию — 24-й армейский корпус, а из 7-й армии — 5-й Кавказский. Повинуясь настояниям западных союзников, Ставка обратила все свое внимание на север от Полесья. Юго-Западный фронт окончательно был признан второстепенным.

Январь и февраль прошли на всем театре войны спокойно.

Давление союзников сказывалось все сильнее. Когда императорское правительство в декабре 1915 года попыталось было возразить, что человеческие ресурсы России, на Западе казавшиеся «неисчерпаемыми», на самом деле подходят к концу, союзные правительства весьма недвусмысленно пригрозили приостановить снабжение нас военными материалами (за которые мы. между тем, платили вперед золотой валютой и по необычайно высокой расценке). Приходилось тянуться изо всех сил и призвать срок 1918 года, в то время как во Франции призывался еще срок 1916 года.

В том же декабре Россию посетила французская миссия сенатора Думера. Речь шла не больше и не меньше, как об отправке во Францию 300 000 русских солдат — в смысле «20 000 тонн человеческого мяса» — без офицеров и вне всякого организационного кадра. Они должны были, подобно марокканцам, сенегальцам или аннамитам, составить особые ударные роты французских пехотных полков под командой французских офицеров. Автором этого остроумного предложения был какой-то Шерадам — публицист. При всей нашей дряблости и уступчивости этот чудовищный проект был отвергнут. Но французы все-таки настояли на отправке на их фронт русских войск (правда, в гораздо меньшем количестве и с русскими же начальниками).

1 февраля 1916 года в Шантильи, во французской Главной квартире, состоялся междусоюзный военный совет, на котором было постановлено начать общее наступление на Восточном театре 2(15) июня, нанося главный удар на Вильну, а на Западном — 18 июня (1 июля), нанося главный удар на Сомме. Противник, с которым пришлось в Мировую войну иметь дело союзникам, меньше всего походил на неподвижные вехи. Уже 8 февраля немцы ринулись на Верден, положив начало восьмимесячной титанической войны.

Междусоюзный план кампании пошел прахом уже через неделю по его принятии. Помощь Франции потребовалась немедленно. 11 февраля в Ставке состоялось экстренное совещание по этому вопросу. 21-го же числа представитель Франции генерал По передал настойчивую просьбу генерала Жоффра о помощи.

В последних числах февраля был принят план комбинированного удара.

Пришлось атаковать за три месяца до срока, бросить в бой еще необученные, неготовые войска, расстреливать еще не накопившийся запас снарядов, наступать в озерно-болотистом районе, в весеннюю распутицу, когда пехота проваливалась выше колен в воду, а артиллерия при выстреле осаживала по ступицу колес!

5 марта началось десятидневное побоище, известное под именем «Нарочского наступления».

Корпус за корпусом шел на германскую проволоку и повисал на ней, сгорал в адском огне германской артиллерии. Наша слишком малочисленная и слабая калибром артиллерия, вдобавок чрезвычайно неудачно сгруппированная, оказалась беспомощной против бетонных сооружений, войска увязали в бездонной топи.

На Северном фронте генерал Куропаткин произвел 8 марта ряд безрезультатных наступлений.

Мартовская неудача катастрофически повлияла на обоих главнокомандующих — Куропаткина и Эверта. Они совершенно пали духом, и всякое наступление стало им казаться немыслимым. 1 апреля в Ставке состоялось под Высочайшим председательством совещание главнокомандующих фронтами относительно дальнейших действий в открывающуюся кампанию 1916 года. Генерал Куропаткин и генерал Эверт высказались за полную пассивность.

Но тут заговорил новый главнокомандующий Юго-Западным фронтом. Государь и Алексеев услышали мужественную речь солдата и полководца. Генерал Брусилов верил в русские войска и требовал для своего «пассивного» фронта наступательной задачи, ручаясь за победу.

Наступать было решено 18-го (31) мая.

Идея, положенная генералом Брусиловы м в основу плана наступления, была совершенно новой и казалась парадоксальной. Учтя полностью опыт неудавшихся наступлений и попыток прорыва сплошного фронта на Французском и Русском театрах войны, он отказался от сосредоточения в одном месте «кулака», всегда заранее обнаруживаемого неприятелем, и потребовал подготовки наступления по всему фронту, дабы держать в заблуждении противника. По той же причине он решил сократить затяжную артиллерийскую подготовку и дать больше места суворовской внезапности.

Главную роль генерал Брусилов отвел своему правому флангу — 8-й армии — как смежной с Западным фронтом, который должен был нанести врагу главный удар.

15 мая австро-венгры (снявшие ранней весной 9 дивизий с Русского фронта) перешли в энергичное наступление в Италии, нанеся в Тироле итальянцам сильное поражение. Итальянский главнокомандующий генерал Кадорна обратился за помощью к генералу Алексееву, король Виктор Эммануил телеграфно умолял Императора Всероссийского.

Генералу Брусилову было поэтому предписано ускорить переход в наступление, не дожидаясь подхода в 8-ю армию 5-го Сибирского корпуса с Северного фронта. Русская карета скорой помощи опять понеслась на спасение очередного союзника.

На рассвете 22 мая гром двух тысяч орудий от Припяти до Прута возвестил славу русского оружия.

В это утро атаковали наши 11-я армия генерала Сахарова и 9-я армия генерала Лечицкого. 23 мая перешла в наступление 8-я армия генерала Каледина, а 24-го и 7-я армия генерала Щербачева, дольше других ведшая артиллерийскую подготовку.

Успех сразу же превзошел все ожидания, и 25 мая армии Юго-Западного фронта подарили России победу, какой в Мировую войну мы еще не одерживали.

В направлении на Ковель атаковали 30-й армейский корпус генерала Зайончковского и 39-й корпус генерала Стельнипкого. Упорными трехдневными боями им удалось отбросить за Стырь левый фланг армии эрцгерцога — 2-й австро-венгерский корпус.

Если в Ковельском направлении нами был одержан только тактический успех, то в Луцком — на путях главного удара — нас ждала полная победа.

Блистательным прорывом 11-й корпус генерала Кошталинского растерзал в боях 23-го и 24 мая у Жорнища и Олыки центр

4-й австро-венгерской армии — 10-й армейский корпус, тогда как 8-й армейский корпус нанес полное поражение правофланговому сводному корпусу генерала Шурмая. Во 2-й стрелковой дивизии генерала Белозора особенный успех имели

5-й и 6-й полки, открывшие 12-му корпусу путь на Олыку и Луцк. В 4-й стрелковой дивизии генерала Деникина первым прорвал все шесть линий неприятельских позиций 3-й батальон

13-го стрелкового полка капитана Тимановского.

8-го стрелкового полка прапорщик Егоров с десятью разведчиками, скрытно пробравшись в тыл противника, заставил положить оружие упорно дравшийся венгерский батальон и сам 11-й взял в плен 23 офицера, 804 нижних чина и 4 пулемета, отразив еще при этом конную атаку неприятельского эскадрона.

Эрцгерцог отвел свою разбитую армию на Стырь, и здесь 25 мая она была окончательно разгромлена. В этот день наша 14-я пехотная дивизия форсировала Стырь у Круп, а Железные стрелки генерала Деникина ворвались в Луцк.

В Луцком сражении с 23 по 25 мая войсками 8-й армии было взято 45 000 пленных, но только 66 орудий. Трофеи 8-й армии в Луцком сражении составили пленными 922 офицера, 43 628 нижних чинов, 66 орудий, 71 миномет и бомбомет и 150 пулеметов.

Неприятель показал свой урон в 82 200 человек — 51 процент всего состава войск Линзингена (10-й корпус потерял свыше 80 процентов). Наш урон в 8-й армии составил: 417 офицеров и 32 957 нижних чинов убитыми и ранеными — 20 процентов общей численности.

Луцкий прорыв обещал полную и близкую победу. Его надлежало немедленно развить — искрошить и сокрушить надломленные неприятельские армии и вывести из строя потрясенную и заколебавшуюся Австро-Венгрию!

Наступил полководческий момент. Но полководца в Ставке не было!

30 мая генерал Алексеев отдал, правда, директиву, в которой указывал армиям Юго-Западного фронта наносить удар на Раву Русскую — в тыл Львовскому району. Сделал он это в своей излюбленной форме советов, уговоров, намеков и недомолвок (что Суворов так образно называл «нихтбештимтсагерством»), Брусилов и Клембовский могли такую директиву только принять «к сведению», отнюдь не «к исполнению».

Для того чтобы требовать от армий Юго-Западного фронта производства широких стратегических операций, надо было прежде всего развязать этим армиям руки. Директива 30 мая отнюдь не отменяла предыдущие. Главный удар, очевидно, оставлялся за армиями Западного фронта, и в этом случае Юго-Западному фронту невозможно было задаваться самостоятельной широкой операцией, для которой к тому же не было предоставлено необходимых средств. Раз по-прежнему во главу угла ставился удар Эверта на Вильну либо Барановичи, то Брусилову оставалось лишь вести вспомогательный удар на Ковель.

Повторилось то же, что за два года до того в Галиции — при наступлении на Львов. И Рузский продолжал ломить на лишенный значения Львов, и Брусилов продолжал долбить потерявший ценность Ковель. И оба раза Австро-Венгрия спасла свою вооруженную силу. Русской армии не хватало головы.

К 1 июня по всему Юго-Западному фронту шли упорные и успешные для нас бои. Генерал Брусилов рассчитывал добиться решительных результатов.

Противник усиливался здесь с каждым часом. С необычайной быстротой из Пикардии на Волынь был переброшен 10-й германский армейский корпус генерала Лютвица, ставший ядром неприятельского сопротивления.

2 июня 32-й армейский корпус в геройском бою форсировал Пляшевку, овладев Берестечком, а брошенная преследовать врага Заамурская конная дивизия на плечах его расстроенного 18-го корпуса ворвалась в Радзивиллов. Тем временем 17-й корпус овладел Почаевом и Почаевской Лаврой, оттеснив левый фланг 2-й австро-венгерской армии за линию границы и завершив тем самым славное для нашего оружия сражение под Берестечком.

Наконец, 9-я армия развивала свой блестящий успех у Доброноуц, громя расстроенные войска Пфланцера. 5 июня 11-й корпус занял Черновицы.

Преждевременная остановка ударной группы на Пруте, слабость Сводного корпуса и запоздалое использование штабом 9-й армии конницы графа Келлера привели к тому, что разбитого противника, вместо того чтобы отрезать от Карпат, только оттеснили к горам, где он и закрепился, сопротивляясь из последних сил.

Крушение ошеломило австро-германское верховное командование. Из Литвы и Франции спешно были затребованы новые германские дивизии. С Итальянского фронта было переведено управление 3-й армии генерала Кевеша, в которую были включены все войска 7-й армии между Днестром и Прутом. Пфланцеру был оставлен Карпатский фронт. Наши враги не успели произвести перегруппировку, как их ждал новый удар.

22 июня генерал Брусилов сам перешел в энергичное наступление своими армиями правого крыла на Ковель.

Победы у Волчецка, Разиничей и Грузятина на Стоходе, к сожалению, не были развиты и использованы. Генерал Брусилов не имел свободных резервов, будучи вынужден держать значительные силы на левом фланге 8-й армии.

Неприятель же напряг все усилия к удержанию Ковеля.

Неприятелю было подарено три недели, драгоценных три недели, за которые он накопил силы, устроил войска, подтянул резервы и превратил долину Стохода и Ковельский район — и так трудно проходимый от природы — в неприступную крепость.

Наступлением Каледина за Стоход и победой Лечицкого при Коломее кончается Четвертая Галицийская битва — славное Брусиловское наступление. В последних числах мая были разгромлены австро-венгерские армии — в двадцатых числах июня на полях Волыни были сокрушены отборные дивизии кайзера.

За Луцком, Сапановом, Язловцем и Доброноуцом следовали Киселин, Затурцы и Коломыя. За тридцать семь дней боя в наших руках осталось 272 000 пленных и 312 пушек.

Каковы бы ни были его последовавшие заблуждения, вольные или невольные, Россия никогда этого не забудет Алексею Алексеевичу Брусилову. Когда после несчастий пятнадцатого года самые мужественные пали духом, он один сохранил твердую веру в русского офицера и русского солдата, в славные русские войска. И войска отблагодарили полководца, навеки связав его имя с величайшей из своих побед.

Материал создан: 03.01.2016



.00 рублей
Русские — это народ
Русский народ сформировался на основе восточно-славянских, финно-угорских и балтийских племен.

Основные племена участвовавшие в формировании русского народа
восточные славяне:
вятичи
словене новгородские
словене ильменские
кривичи

финно-угры:
весь
— меря
— мещера
мордва

балты:
— голядь

p.s. речь идет о племенах в границах современной России
Фразеологический словарь русского языка
Интересные цитаты

Шестьсот сортов пива и советский государственный патернализм должны сосуществовать в одном флаконе. подробнее...

Идентичность великороссов была упразднена большевиками по политическим соображениям, а малороссы и белорусы были выведены в отдельные народы. подробнее...

Как можно быть одновременно и украинцем и русским, когда больше столетия декларировалось, что это разные народы. Лгали в прошлом или лгут в настоящем? подробнее...

Советский период обесценил русскость. Максимально её примитивизировав: чтобы стать русским «по-паспорту» достаточно было личного желания. Отныне соблюдения неких правил и критериев для «быть русским» не требовалось. подробнее...

В момент принятия Ислама у русского происходит отрыв ото всего русского, а другие русские, православные христиане и атеисты, становятся для него «неверными» и цивилизационными оппонентами. подробнее...

Чечня — это опора России, а не Урал и не Сибирь. Русские же просто немножко помогают чеченцам: патроны подносят, лопаты затачивают и раствор замешивают. подробнее...

Православный раздел сайта